Businka.org - вне политики! Друзья, наше сообщество посвящено бисероплетению и всему, что есть вокруг него. Любые мнения, комментарии, публикации, бисерные работы!!!, фото связанные с политикой публикуйте на своей странице в "запрещенных социальных сетях", но не здесь. Любое двоякое толкование публикаций и комментариев, будет расценено нами как пропаганда одной из сторон и политика. Все пользователи принявшие участие в обсуждениях политики, холиварах на происходящее и высказавшее свое ИМХО на Businka.org будут исключены из нашего сообщества навсегда. Всем мира!
Для меня в этом стихотворении все… Детский ботинок
Занесенный в графу
С аккуратностью чисто немецкой,
Он на складе лежал
Среди обуви взрослой и детской.
Его номер по книге:
«Три тысячи двести девятый».
«Обувь детская. Ношена.
Правый ботинок. С заплатой...»
Кто чинил его? Где?
В Мелитополе? В Кракове? В Вене?
Кто носил его? Владек?
Или русская девочка Женя?..
Как попал он сюда, в этот склад,
В этот список проклятый,
Под порядковый номер
«Три тысячи двести девятый»?
Неужели другой не нашлось
В целом мире дороги,
Кроме той, по которой
Пришли эти детские ноги
В это страшное место,
Где вешали, жгли и пытали,
А потом хладнокровно
Одежду убитых считали?
Здесь на всех языках
О спасенье пытались молиться:
Чехи, греки, евреи,
Французы, австрийцы, бельгийцы.
Здесь впитала земля
Запах тлена и пролитой крови
Сотен тысяч людей
Разных наций и разных сословий…
Час расплаты пришел!
Палачей и убийц – на колени!
Суд народов идет
По кровавым следам преступлений.
Среди сотен улик –
Этот детский ботинок с заплатой.
Снятый Гитлером с жертвы
Три тысячи двести девятой.
(С. Михалков)
А еще у нас отдыхала пара (бабушка и дедушка), у нас была традиция если у отдыхающих выпадал день свадьбы или день рождения на время отдыха, мы в обед при всех отдыхающих поздравляли и дарили большой пирог. Так вот у них день свадьбы был 9 мая, а расписал их военный комендант Будапешта! Оля, я до сих пор помню как я их поздравляла, и как весь зал им аплодировал стоя. А потом почти все отдыхающие скинулись и сюрпризом закатили им праздник. кстати, более позитивных людей чем эти бабушка и дедушка я редко встречала. Я к чему это, наши деды знали цену жизни и понимали то о чем мы только догадываемся.
В начале 2000-х работала я в санатории. Отдыхала у нас пара в «возрасте», вполне обеспеченные люди, он директор завода. Однажды официантки в столовой говорят мне «Слушай, странные они какие-то, вроде люди интеллигентные, а когда едят, собирают все хлебные крошки либо съедают, либо в карман кладут.» Я плечами пожала, и думать забыла. И вот пришли они ко не что-то оформлять, я паспорта открываю, а там год рождения 1935 и место рождения Ленинград… Вот тут-то меня и накрыло… Мы сними потом часто общались. И знаете в них был стержень, сразу было ясно что они знают что самое важное в жизни.
Я потом подобное в передаче от Алисы Фрейндлих слышала, она ведь тоже блокаду пережила.
Прочитала «полуперс», пошла искать фотографии кота) А это оказывается цепочка такая. Пошла изучать различные плетения. Вот за что я тебя люблю, так это за толчок к самообразованию))))
Кулон очень даже хорош! Но тот рисунок с обрезанными «ухами» нравится больше.
Детский ботинок
Занесенный в графу
С аккуратностью чисто немецкой,
Он на складе лежал
Среди обуви взрослой и детской.
Его номер по книге:
«Три тысячи двести девятый».
«Обувь детская. Ношена.
Правый ботинок. С заплатой...»
Кто чинил его? Где?
В Мелитополе? В Кракове? В Вене?
Кто носил его? Владек?
Или русская девочка Женя?..
Как попал он сюда, в этот склад,
В этот список проклятый,
Под порядковый номер
«Три тысячи двести девятый»?
Неужели другой не нашлось
В целом мире дороги,
Кроме той, по которой
Пришли эти детские ноги
В это страшное место,
Где вешали, жгли и пытали,
А потом хладнокровно
Одежду убитых считали?
Здесь на всех языках
О спасенье пытались молиться:
Чехи, греки, евреи,
Французы, австрийцы, бельгийцы.
Здесь впитала земля
Запах тлена и пролитой крови
Сотен тысяч людей
Разных наций и разных сословий…
Час расплаты пришел!
Палачей и убийц – на колени!
Суд народов идет
По кровавым следам преступлений.
Среди сотен улик –
Этот детский ботинок с заплатой.
Снятый Гитлером с жертвы
Три тысячи двести девятой.
(С. Михалков)
Я потом подобное в передаче от Алисы Фрейндлих слышала, она ведь тоже блокаду пережила.
Кулон очень даже хорош! Но тот рисунок с обрезанными «ухами» нравится больше.